ЗАКОЛДОВАННЫЙ САД
Художник и скульптор Майкл Арам убежден: лучший на свете дизайнер – это природа. Творения рук человеческих – лишь копии, отдаленно напоминающие совершенный оригинал. Предки Майкла родом из Армении, сам он родился и вырос в США. В 1989 г. он отправился в Индию – и эта поездка разделила его жизнь на «до» и «после». Там он увидел изделия местных ремесленников – его поразило их мастерство обработки металла. Со временем Майкл Арам открыл собственную студию в Дели, а его коллекции приобрели статус произведений искусства. Журналу ELITE Interior мастер рассказал о себе, новой серии работ и своем впечатлении от русской природы.
ИНТЕРВЬЮ: Анна Пашина

Г-н Арам, кто вы – художник, скульптор, дизайнер?
Для реализации идей мне в равной степени нужны все эти умения – рисовать, лепить и создавать вещи прикладные, функциональные. Как-то я сделал набросок – эскиз предмета, образ которого родился в моем воображении. Чтобы понять, как воплотить замысел, я сконструировал трехмерную модель. И с тех пор все время так делаю – навыки дизайнера необходимы для технического исполнения.
Вы еще в детстве определились с выбором профессии?
Ребенком я обожал конструировать, мастерить поделки из самых разных материалов. Мне очень нравилось разбирать предметы на части, а потом собирать. Меня занимало все, что под руку попадалось: от кукольной мебели сестры до родительской стиральной машины. Окончательно определился я после первого путешествия в Индию – понял, что хочу заниматься ремеслом, дизайном.
Где вы учились? И как вы считаете, какое значение имеет для художника образование?
Я – гуманитарий, получил фундаментальное искусствоведческое образование. С одной стороны, я считаю, что художнику нужно знать основы, но с другой – уверен, что ему не меньше нужна способность выходить за рамки правил, канонов. Когда ты хочешь создать что-то свое, когда перед тобой, говоря образно, – чистый лист, знание материалов, технических процессов менее важны, чем смелость пойти своим путем, нарушить границы. Главное – уметь увидеть суть вещей и иметь воображение. И не важно, работаешь ли ты в двухмерном пространстве картины, или ваяешь скульптуру, или создаешь дизайнерский объект.
Почему металл вы предпочитаете всем другим материалам?
В нем есть благородство, что-то вне-временное. Для меня металл – это застывшее время. Его освоили тысячелетия назад, а сейчас я могу придать ему любую форму – и мое творение будет жить вечно.
ЗАКОЛДОВАННЫЙ САД
Г-н Арам, как вы создаете коллекции? Из чего складывается рабочий процесс?
Самыми удачными получаются объекты, которые являются плодами долгих размышлений. Бывает, одна мысль не выходит из головы годами, крутится-крутится – и вдруг обретает воплощение. Происходит это всегда в свое время – не рано и не поздно. Этот процесс размышления – прокручивание мыслей, ассоциаций, которые, возможно, еще с детства спрятаны в подсознании, – не менее важен в моей работе. Я люблю отдаваться этому потоку сознания – и представляю предметы, которые окружали меня в детстве, которые рядом со мной сейчас, и те, которых еще нет, их еще предстоит придумать.
В январе на парижской выставке Maison & Objet вы представили новые коллекции. Расскажите о них.
Это серии Enchanting Garden («Заколдованный сад») и After the Storm («После шторма»). Первая – очень романтичная, созданная под впечатлением от первого дыхания весны. Я украсил предметы кристаллами Swarovski, полудрагоценными камнями – лазуритом и авантюрином.
ЗАКОЛДОВАННЫЙ САДПредметы из коллекции «Заколдованный сад»

Вторая – результат экспериментов с раскаленным металлом, которые я проводил в своей мастерской в Дели. Было невероятно интересно наблюдать за тем, что происходит с металлом, когда его произвольно льют на основу, – похоже на то, как Джексон Поллок разбрызгивал краски, создавая свои полотна.
ЗАКОЛДОВАННЫЙ САДПредметы из коллекции «После шторма»

Почему Индия буквально стала вашей второй родиной?
Я провел здесь много лет – бОльшую часть сознательной жизни. Индия вдохновляет меня – и, что важно, только здесь я могу творить. Моя мастерская – это то место, где я чувствую себя по-настоящему живым. У меня есть еще студия в Нью-Йорке – я приезжаю туда, чтобы пообщаться со своими клиентами, услышать их пожелания. Я уверен, что все-таки художнику не стоит замыкаться в башне из слоновой кости, нужно поддерживать связь с реальностью.
А русская природа могла бы вас вдохновить?
Природа вдохновляет меня вне зависимости от географического расположения. Кстати, на создание коллекции Bark & Branch («Кора и ветвь») меня вдохновили как раз русские березы. А еще осенью 2016-го я представлю серию Wheat («Пшеница»), в которой читаются природные мотивы Центральной России.

Благодарим «Дом Фарфора» за помощь в организации интервью. www.domfarfora.ru

Полностью интервью читайте в выпуске журнала ELITE Interior №119 март 2016

Написать комментарий